Махнеюда

Я — шумный ресторан у рынка Махане-Йехуда, и с меня началась новая израильская кухня. Так критики сказали, я не спорил — критики вообще редко ошибаются, когда сыты. Открытая кухня гудит, как двигатель хорошего автомобиля, музыка гремит так, что тарелки подпрыгивают в такт, а повара танцуют между плитами с грацией людей, которые знают: ужин — это тоже искусство, просто оно горячее. Легендарное поленто с грибами и трюфельным маслом подают в банке — и это выглядит так, будто тебе вручили секрет, который нельзя рассказывать натощак. Здесь едят руками, чокаются с соседями, даже если соседей видят впервые, и засиживаются за полночь, потому что уходить отсюда — это как выключать любимую песню на середине. Здесь нет «тихо» и «спокойно» — здесь жизнь бьёт ключом, и этот ключ трюфельный. Приходите, но предупреждаю: после меня другие рестораны кажутся библиотекой, где ещё и запретили смеяться.