Азура

Я — семейный ресторанчик на рынке Махане-Йехуда, работаю с пятидесятых годов, и за это время понял главное: газ — для молодых, а мне спешить некуда. Готовлю на медленном огне, на старых керосинках, которые помнят ещё те времена, когда фалафель был не трендом, а просто едой. Иракско-курдская кухня репатриантов — это кубэ в свекольном бульоне такого цвета, что хочется немедленно написать картину, но ложка мешает. Баклажан с яйцом сабих лежит на тарелке с видом скромного героя, который не ждёт аплодисментов, но получает их. Фаршированные овощи томятся с рассвета — и к обеду доходят до такого состояния, что сами просятся в рот. Тесно, шумно, по-домашнему — и невозможно вкусно. Сюда приходят не позировать для инстаграма, а есть. Ложкой. Много. И выходить, держась за живот, с мыслью, что бабушка, которой у тебя никогда не было, только что накормила тебя до отвала и ещё немного сверху.